Без полей

Без полей - обложка
Поделиться ссылкой

8 сентября

Я чувствую… о, это сладкий плен
мгновенья в янтаре… и капле яда…
и кислоты - я растворюсь совсем
и после - не выпаривай, не надо
сухой остаток - просто в синеву
ты выплесни сверкающие капли
я-дождь забарабанит по стеклу
внезапно…
распалась осень, как порой в руке
рассыплется в труху воспоминанье
о бывшем мной когда-то паучке
что весть несет и песенку играет
на тонких нитях душ:
кому – надежд, кому - судьбы горбатой исцеленье
прощальный вздох в сиреневом саду
на грани между верю и не верю.
теперь прощай… твердить до декабря
"устав надежды"… мазать бутерброды,
любить весь мир - как это просто для
воспитанника питерской погоды

Far from heaven


…и в глубине -
на вершок и выстрел -
ничего
нет

STA

что-то есть там… я просто не знаю, что
и надежда рукой зажимает рот
не кричи - пусть на тысячу верст окрест
хватит голоса… только не до небес

но однажды  - ноябрь войдет без спроса
в дом, где длинные тени ложатся косо
и шепнет, что сгодится ответ любой
для кого-то, кто был лишь самим собой…

когда ветер подхватит тот тихий шепот
ты почувствуешь тоже - есть что-то…

Домой по тропинке

Знает ежик игольчатый каждый секрет
Лукавой тропинки лесной,
Где лист земляники и старый пень,
Ручей с голубой водой.
 
Еще поворот – и ореховый куст
Склоняется до земли.
Ей-ей, осторожнее! Здесь несут
Дневной караул муравьи.
 
А дальше – ложбинка, где старый крот
Устроил свою нору,
И дятел, невидимый за сосной,
Выводит тук-тук, тук–тук
 
Ежик спешит – изо всех чудес
Любое ему нипочем…
И солнце колючую спинку его
Щекочет своим лучом…

Журавлик

Мама, ведь это птица!
/Бумажный птенец на моей руке/
- Вот крылья, вот свежий ветер,
Отпустим ее скорей!

И первые звезды над нами
Качают тяжелый ковш.
Он там, среди них, блуждает
Журавлик… не узнаешь?

Калейдоскоп

вот так однажды в толпе
выхватит взгляд лицо
и подумаешь - Господи! чудны же дела твои
и пойдешь своею дорогой
а тот человек другой
пойдет своей… мимо
 
и превратится жизнь в фотоколлаж
из невстреченных взглядов
из непроизнесенных слов.
этот резкий профиль
тоже мог быть тебе знаком
когда бы не дата - 
тысяча девятьсот сорок второй
 
памяти решето не удержит вод
времени, для которого 
калейдоскоп души
вертится… и кто-то там наверху крошит
для мозаики новой
оранжевое стекло

Проклятие принца Амбера

достаточно. пусть будет свет
и станет синим
прохладный вечер парапет
трамвайных линий
извечный бег сквозь лабиринт
по отраженьям
и сон разбитый на двоих
одним движеньем
сорвется вслед теней игра
безумной птицей
о, берегись ее крыла
рожденный принцем
черед проклятья твоего
наступит скоро
но ни в одном из языков
не будет слова

Точка на плоскости

Как изменится мир, к которому я повернусь спиной?
И что будет со временем, если я перестану считать?
Неведомый сказочник сложит мне песню,
Сложит песню о птицах чудесных с пером золотым -
Заслушаться бы…
 
Бал. Принцесса. Пророчество. Воля небес.
Неужели тебе не годится такая судьба?
Рисовать на уставшем паркете последний закат,
Последний закат над зеленой рекою -
Обрыв в никуда…
 
Еще одно солнце сгорит над моей головою,
Еще одну ночь я небрежно стряхну с плеча.
Чтобы петь – мне нужно забыть слишком многое,
Слишком много чужого - за узким порогом
Оставить… и петь.
 
Сказочник, сказочник, ты увяз в паутине чудес,
Отчего же ты снова и снова глядишь в это мутное небо?
Даже камни поют тебе о весне, о весне миновавшей,
Даже рыбы озябшие тысячи лет подо льдом умирают -
Огня бы…
 
Огня. И снова писать под диктовку капризных светил,
Пить горькое счастье, обжегшись, большими глотками:
Находится в мире привычном Обочина для Пикника,
Рождаются звезды из смыслов и ангелы ветреных сказок
Восхищенно молчат…